Rice and sweets

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Rice and sweets » НАСТОЯЩЕЕ » Кровь первой брачной ночи


Кровь первой брачной ночи

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://im5.ezgif.com/tmp/ezgif-5-a5ae38fc86d1.gifhttps://wmpics.pics/dl-XDZY.gif
● НАЗВАНИЕ ЭПИЗОДА
Кровь первой брачной ночи
● УЧАСТНИКИ СОБЫТИЯ
Рашид Халиф, Наргизшах Халиф
● ДАТА И МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ
Главный дворец, 20-ое число третьего летнего месяца, вечер.
● КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ПРОИСХОДЯЩЕГО
Исполнилась мечта Рашида, он теперь Повелитель огненных земель. Все преклоняются перед ним, чтут его божественную волю… Все. Кроме его законной жены. Наргизшах Султан явно не торопится признавать в своем кузене султана, и уж тем более своим супругом.

0

2

Две жены доставляли Рашиду головную боль. Третья на удивление вела себя послушно. Может, стоит любить ту, что ластится будто шелк у ног, а не тех, что не покорны будто пламень и ветер? Стихию не легко обуздать, даже если сам огонь, не значит, что другой огонь по духу близок.
Две непокорные жены. Одну он сам недавно не желал видеть, другая не желала видеть его. Последнее никак не вписывалось в традиционные уклады гарема. Если мужчина изволит видеть свою женщину, она обязана явиться. Без причины не могла ему отказывать и причина должна быть веской. Наргизшах отказывала уже на протяжении шестнадцати ночей. Терпение Рашида лопнуло. Он устал ожидать огненную супругу, когда она соизволит к нему пожаловать. Его тошнило от лощеных речей главного евнуха, который вновь приносил извинения за госпожу.
- Пшел вон! – рыкнул султан и главного евнуха ветром сдуло, двери захлопнулись.
Опять Наргизшах не пришла, жалуясь на головную боль и прочие недомогания. Все у нее видите ли болело и душа с телом, и сердце, и встать с постели не могла. Так оправдывал ее евнух, а что там конкретно было у супруги шайтану известно. Рашид первые несколько ночей не обращал внимание на капризы женщины, сваливая на впечатлительность натуры, надо предоставить время, ведь супруг ее недавно сгорел заживо у нее на глазах и пришлось быстро за другого выходить. Но сколько можно оплакивать падаль? По недостойным не льют слез.
Рашида бесило. Он сжал позолоченный бокал с вином и швырнул об стену со всей мощи. Красная вода расплескалась, оставляя следы, а по мраморному полу раздался душераздирающий звук. Мужчина оперся на стол обеими ладонями, сопя словно буйвол, завидевший красную тряпку. Казалось из его ноздрей повалил пар. Он скорчил недовольно губы. Ему хотелось придушить Наргизшах шелковой веревкой и услышать ее последние вздохи. Пусть сдохнет тварь, что не смеет являться к нему по зову! Он султан, а она с ним не считается и не воспринимает его власть. Кто она такая, чтобы так дерзить? Огненная кровь не спасет ее от гнева султанского. Наргизшах содержала в своих покоях детей змеюки Шамсият, которых давно пора сжечь. Нет. По кусочкам разрезать и кинуть в огонь, чтобы это видела Наргизшах, что ждет ее, если не станет покорной. Рашид был в тунике шоколадного цвета, расшитой золотой нитью, накинул поверх песочного цвета халат и всунул ноги в бабуши, отправившись к огненной жене.
Он будто лев горделиво и быстро проскочил коридоры, оказавшись возле двери непокорной женщины. Перед ним возникла служанка Наргизшах, пробормотав очередную сказку о болезни госпожи. Она опустила глаза в пол и явно боялась Рашида, но ему плевать. Он с силой толкнул рабыню, да так, что она вписалась в каменную стену и осела. Распахнув двери, султан вломился в покои огненной супруги.
- Наргизшах! Нар-гиз-шаах! – громом взревел Рашид, заставляя всех присутствующих обратить на него внимание.

+1

3

Этот дурной сон, страшный ночной кошмар, леденящий душу все никак не желал заканчиваться.
Теперь она вдова… Последние несколько дней, в голове огненной султанши без остановки крутилось это вот страшное слово. Она вдова. Вдова. Муж ее, султан Баязед мертв. Его больше нет. И никогда ей не суждено увидеть добрую его улыбку, услышать ласковый голос. Не почувствовать нежных рук его на своем теле. Не суждено родить сына, так похожего на него.
Но ужасы на этом не заканчивались. Кажется, только начинались, когда в покоях появился какой-то слуга и с радостной улыбочкой сообщил, что отныне она, Наргизшах Султан законная жена их повелителя Рашида… Священный обряд провели без ее участия.
«Что ж, если не ходила я вокруг священного пламени, тем самым принося Пророку клятву быть женою этого мужчины, то и женой его я не являюсь» - для себя твердо решила султанша, все ей казалось, что к гибели мужа ее руку свою приложил Рашид…
Хвала богиням, хотя бы детей ей удалось спрятать в своих покоях. Если бы беда случилась с Айдином, такого бы дочь Ахмеда Пьяницы не пережила бы, слишком уж любила она этого юношу. Как тяжело переживал он произошедшее, и словами не описать. Был бледен, словно лист бумаги, почти не спал… Султанша поклялась, что сделает все, только бы он вновь улыбался и был счастлив. Даже жизнью своей пожертвует… Сложно сказать, отчего так уж прикипела душой она к сыну покойной Шамсият. Может быть оттого, что Айдин был так похож на покойного брата ее, Мехмета?
- Вот увидите, все будет хорошо, - наверное в миллионный раз за последнее время произнесла султанша, и обняв Мелек, принялась поглаживать ее по голове. – Султанша моя золотоволосая, не бойся, скоро все встанет на свои места…
По правде сказать, за судьбу сестры она не так уж сильон беспокоилась. В конце-концов, ну самое скверное, что может быть так это выдадут девчонку замуж, за дряхлого старика. Ведь она огненной крови, принадлежит роду Халифов. Любой был бы рад этакой жёнушке. А вот Айдин… Как бы жестокий Рашид не приказал сотворить что-то страшное с ним, ведь мальчик имеет права на престол.
Рашид… Только подумала она про него, как двери покоев распахнулись, и на пороге появился Повелитель. Которого признавать своим мужем и господином Наргизшах не желала.
О, этот ненавистный голос! Это отвратительное лицо, в которое бедной султанше так хотелось вцепиться, чтобы выцарапать глаза.
- Чего тебе надобно, Рашид? Оставь меня, - с трудом Наргизшах встала на ноги, заслоняя собой сестру, которая испуганно пискнула, словно мышонок. Последний раз она ела… не помнила, когда именно. В глазах темнело, в голове гудело, казалось еще немного и она лишится чувств. Но доставлять эдакой радости своему новому муженьку она не собиралась. Тем более это напугало бы детей, который и так пережили столько ужаса.
Детьми для султанши были безусловно Мелек и Айдин. Забавно, ведь ранее она просто не выносила заносчивую сестрицу свою, а теперь сама утешала и едва ли не колыбельные пела ей, только бы она хоть немного утешилась.
Хотя, как тут утешиться? Когда брат султан и любимая мать сгорели у тебя на глазах? Ах, ее бы кто утешил, помог справиться с той болью на сердце..
Вспоминая этот страшный день, султанша почувствовала, как глаза ее вновь наполняются слезами.
О, Пророк! Ну за что?! Отчего судьба так жестока с нею? Не успела она искренне и всем сердцем полюбить Баязета, как судьба забрала его.
- Оставь нас, меня и моих брата с сестрою, видеть тебя я не желаю! Ты мерзок, от тебя пахнет смертью Повелителя!

+1

4

Отвратительная картина раскинулась пред взглядом Повелителя. Наргизшах утешала гнилое отродье сгоревшей рыжей ведьмы. Она так за них пеклась, словно дети ее, упаси Пророк от таких выродков! Загородила собой, вскочив с теплого, насиженного места. Рашид считал, что милостиво обошелся с ублюдками превратившейся в пепел рабыни, оставив их на попечение супруги. Наргизшах немыслимо тупа, если не понимала, какую великую милость он совершил ради нее, но его щедрость не безгранична и любому терпению приходит конец. Выродки Шамсият тряпичные игрушки в руках султана, а он кукловод, который обрежет им крылья и оборвет нити. Они находились в его власти, все они вместе с Наргизшах.
Не желая признавать его власть, Наргизшах поставила под удар своих подопечных. Рашид отыграется на них, ведь пока в его руках эти дети, он сможет манипулировать своей супругой. Вот только для начала огненной госпоже надо преподать урок и показать, насколько сердце его черно и жесток нрав. Он не признает не подчинение своей воли. Беспощаден к упрямцам, не склоняющим колени перед ним. Рашиду советовали оставить Айдина, для спокойствия в государстве, ведь наследника мужского пола больше не имелось. Кто займет трон, если с правителем что-то произойдет? Сын мертвой ведьмы запасной вариант, но если у Рашида появится наследник и он его продемонстрирует людям, все успокоятся. Айдина можно будет казнить, но Повелитель в гневе и посчитал, что казнь можно устроить прямо сейчас. Хатшепсут носила дитя, дай Пророк это будет мальчик.
Если у меня родится сын, это будет знаком, что я все правильно делаю. Слабым суждено умерить, сильные выживают. Закон природы. Рашид не собирался слушать, чего там супруга ему говорит. Не воспринимал информацию, сверкая леденящим мутным взглядом серых глаз, словно покойник заявился на землю живых, он отдал приказ слугам:
- Всем покинуть помещение и плотно прикрыть двери. Никого не пускать. Считаю до трех. Раз, два.. - за спиной Наргизшах засобирались выродки Шамсият, но султан поднял ладонь, - нет, вы остаетесь все трое!
Двери за прислугой захлопнулись. Рашид подошел к столику, где находился поднос с фруктами и небольшой серебряный нож для фруктов с коротким острым лезвием. Красивый, изящный узор на тонкой рукояти. Такой идеально подходит для чистки яблок, но интересно, можно ли им вырезать сердце из груди?
Рашид задумал недоброе, криво усмехнувшись, а затем вновь взглянув на всех троих. Напряжение на лице супруги четко читалось, она не желала его видеть? Допустим это так, но ей придется. Отважно загораживала своим телом детишек покойницы. Они ведь и Рашиду приходились родней, поэтому должен был проявить снисходительность, пожалеть сироток, но знаете что? Ему плевать. В его глазах они ничтожны. Грязь, которую следует смывать и непременно кровью.
- Кто тебе дороже, Наргизшах? - продолжал ухмыляться Рашид, пытаясь угадать, кого супруга любит больше Мелек или Айдина, хотя уже все решил. Он не дал огненной раскрыть рта, продолжая, - пусть выберет случай. Я слышал считалочку детскую в народе, - султан сделал небольшую паузу, будто припоминая с чего начиталась считалочка, когда дети играли. Он ведь частенько посещал простых людей, в отличие от Баязета, который даже не желал взглянуть на свой народ. Рашид прицелился пальцем на Мелек, начиная, - сосед, сосед, ау, ау! Твой сын приехал? Что привез? Жемчужные бусы. Кому? Тебе, мне и черному коту. А кот где? На дерево залез. Где дерево? Топор срубил. А где топор? В воду упал. Где вода? Корова выпила до дна. А корова где? На гору ушла она. А где гора? Сгоо-рее-ла доо-тла!
Растянул Рашид намеренно последние слова и указательный его палец остановился на Айдине.
- Айдин, брат мой дорогой, подойди! - поманил к себе мальчишку пальцем султан, а губы его продолжали изображать кривую ухмылку. Он понимал, что Наргизшах попробует препятствовать, поэтому смотрел прямо в глаза выродку, ссутулившемуся за спиной огненной госпожи. Его голос был властным и твердым, он не просто звал, а приказывал, - подойди! Подойти я сказал!

Отредактировано Rashid Caliph (2018-11-11 23:31:49)

+1

5

- Как можешь ты спрашивать у меня такое? Мне все мои братья и сестры равнозначно дороги, - голос султанши дрожал, хоть и силилась она быть спокойной. Не хотелось, чтобы кузен, а точнее теперь уже супруг почувствовал ее страх и отчаяние. – Они моя семья, они мое все!
Глядя на улыбающегося Рашида, султанша едва не передернулась от омерзения. Как же противен он ей был! Слизняк или червяк был в разы милее и симпатичнее.
Одного только Наргизшах не могла понять, как, ну как она когда-то могла мечтать о замужестве с этим чудовищем? С этим кровавым тираном, который издевается над нею таким изощрённым способом, вот уже который день? Как же хотелось ей подарить ему детей? Как она вообще могла мечтать о том дне, когда окажется в его объятиях? Какой же глупой и наивной девочкой она была…
Не зря говорится, что Пророк все мысли видит и слышит, и все исполняет. Вот страстно она мечтала стать женою Рашида, горько рыдала, когда, по велению небес супругом ей стал Баязет… Что ж, вот и сбылась ее мечта. Теперь она жена Рашида.
И, надо признаться, в роли султана кузен чувствовал себя просто замечательно, как будто родился Повелителем, а не был жалким недостойным узурпатором, занявшим трон не по праву.
Все получил он, власть безмерную. Почитание. Драгоценности, покои. И видно было, как наслаждался этим. Мерзкий, гадкий, отвратительный человек, от которого хотелось убежать куда глаза глядят.
«Ах, если бы можно было умереть и знать, что дети будут в безопасности, что никто их не тронет!».
О, давно уже было понятно, что надумал нечто страшное этот жестокий и бездушный человек, с глазами цвета воды. Не просто ж так пришел он сюда. Зачем они ему? Точнее зачем ему Айдин? Пророк, неужели…
- Айдин, мальчик мой дорогой, - только и смогла промолвить глухим голосом султанша, протягивая руки к брату, который был белее бумаги, но смиренно подошел к Рашиду и склонился перед ним, как перед законным Повелителем мира.
Буквально несколько часов назад он говорил Наргизшах, что чувствует скорую свою смерть. Что и так после смерти их отца, должен он был последовать к престолу Пророка, но благодаря Валиде остался…
- Рашид, я не знаю, что ты задумал, но молю тебя не трогай его! Он мое сокровище, он все что у меня осталось ценного на этой земле…
Неужели же Пророк так жесток, что подвергнет ее новому испытанию? Неужели решит ее любимого брата?
- Я все сделаю, что ты только пожелаешь! Все, слышишь, Рашид! Только не трогай моего мальчика, не трогай его!

+1

6

Братья и сестры равны? Семья?
Рашид часом не ослышался? Слова произнесенные устами огненной супруги вертелись в его голове. Он их смаковал, обдумывал. Он тоже относился к ее семье, но она его не любила. Гнала прочь. Видеть не желала и не признавала повелителем мира. Разве не похож Рашид на падишаха мира сего? Он словно вылеплен Пророком для этой роли. Огненный нрав, повадки владыки, могучий телом и сильный духом. Отрицательные черты вроде алчности, жестокости, властолюбия, тирании Рашид не считал. У каждого правителя свои недостатки, но о них не говорят вслух. Он совсем недавно занял трон и не успел показать себя во всех своих качествах, но обязательно продемонстрирует. Сегодня преподаст жене урок жестокости и беспощадности. Пусть запомнит она его бездушие, которое не трогают слезы предательницы.
Айдину пришлось исполнить приказ. Брат подошел к Рашиду, поклонившись. Он в отличии от Наргизшах понимал, кто перед ним находится. Страх читался на его лице. Бледность напоминала покойника. Ухмылка султана превратилась в одобрительную, огромную улыбку, которая казалось заняла половину лица своего владельца от одного уха до другого. Зловещее предзнаменование, которое не сулило ничего доброго. Халиф похлопал кузена по плечу, рукой указав, что может встать подле него. Айдин немного замешкался, но затем послушно приблизился, повернувшись к Наргизшах. Рашид вместе с выродком Шамсият оказался на одном уровне, положив руку на плечо приобняв.
- Равнозначно дороги, говоришь, - в голосе его слышалась издевка, - Мелек, подойди и ты ко мне, встань по правую руку, - поманил он девчонку свободной правой рукой, ведь по левую находился Айдин.
Когда дочь рыжей покойницы выполнила просьбу султана, он в свою очередь положил правую руку ей на плечо, приобняв. Теперь они все трое смотрели на огненную госпожу. Испуганные дети Шамсият и Рашид со своей неотразимой, жуткой улыбкой. Холодные льдинки глаза сверкали сталью.
- Они твоя семья. Я тоже твоя семья. Значит, в твоих глазах мы равны. Так почему ты их любишь сильнее, чем меня? - он прищурился, а пальцы его рук сжали с силой детские плечи обоих, да так, что им пришлось немного ближе пригнуться к Рашиду, - тиши-тише, не спеши быстро отвечать! Подумай, Наргизшах, подумай.
Он и сам раздумывал, что же ему делать? С одной стороны задумал выдрать сердце мальчишки, настроился решительно, но с другой стороны, кузина молила пощадить. Она могла стать покладистой, шелковой, если Айдин останется жить. Халиф не собирался щадить, не испытывал жалости или сочувствия к грязному щенку, чье плечо сжимал. Он не защитник грязнокровок. Оставалось супруге доходчиво продемонстрировать, что не станет никого жалеть. Чужие жизни для него не ценнее дорогого вина. Взмахнет рукой и чья-то жизнь навеки оборвется.
- Ты должна меня любить, Наргизшах, как любишь его, - кивнул в сторону Айдина султан, наконец поразмыслив, - нет, больше, чем его. Не будешь меня любить, с ним случится тоже, что с твоей дорогой Мелек. Ведь ты и ее любишь? - издевательски переспросил, но не собирался ждать ответа. С Мелек ничего не произошло, но по всей видимости должно что-то было случится. Рашид слова на ветер не пускал. Он оттолкнул Айдина прямо на свою супругу, а девчонку обхватил обоими руками, прижав спиной к своей груди. Затем его руки поднялись выше по талии, сомкнувшись на тонкой шеи. Отродье Шамсият дрожало от испуга, жилка пульсировала под кожей. Достаточно перерезать сонную артерию, чтобы хлынула кровь, но за изящным ножом для резки фруктов необходимо тянуться, а ему не хотелось проделывать столько манипуляций. Он чуть наклонился, вдыхая аромат юного тела смешавшегося со страхом. Одно лишь резкое движение и шея девчонки хрустнула, Мелек повисла на его руках. Быстрая смерть у пташки, но кажется султан не доволен таким исходом. Поспешил. Одной рукой придерживая тело, другой Рашид закрывает ей глаза с недовольным видом. Ему хочется крови, может, все-таки избавится от Айдина? Что там решила ответить ему Наргизшах, она станет послушной?

Отредактировано Rashid Caliph (Вчера 23:51:46)

0


Вы здесь » Rice and sweets » НАСТОЯЩЕЕ » Кровь первой брачной ночи


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC